Приближался Новый Год. Белым-бело в маленьком городке. Не скупился декабрь на подарки - самые лучшие, самые изысканные снежинки кружили в воздухе. Огромные сугробы украшали улицы. Постаралась Метелица, завьюжила. Зайчики попрятались в норках. А те, что не попрятались, всё равно были незаметны на снегу. И следы заметало очень быстро.... Всего две недели оставалось до праздника. Взрослые покупали гостинцы, шампанское, конфеты, шоколадных зверей и сладкие леденцы. Детвора тоже готовилась: разучивала стихи, песни, лепила снеговиков...Только совсем юная злая волшебница Алевтина пребывала в скверном расположении духа. Жила она в небольшой избушке на окраине города, почти у самого леса. Родителей никогда не знала, выросла с бабушкой. Но два года назад осталась совсем одна - умерла бабушка.
Дождливой осенней порой исполнилось Алевтине шестнадцать лет. И теперь сидела она в стареньком кресле-качалке, морщила веснущатый нос, хмурила брови, поглядывая в окошко на улицу, и вела неспешную беседу с ручной сорокой Веркой. Существом суетливым, завистливым и вредным. Сорока восседала на книжном шкафу, глотала многонедельную пыль, периодически чихала, хлопала крыльями, поднимая всё более древние пласты пыли.
-- А что, Верка, правда ли, что все вокруг радуются, ждут праздников? - поинтересовалась Аля. -- Карр! Прав-да! - подтвердила сорока и огорчённо кивнула головой. -- И что же, даже не ссорятся? -- Нет! -- И подарки готовят? -- Го-то-вят-го-то-вят! - подтвердила Верка. Тут Аля (следует отметить, что волшебнице куда больше нравилось, когда её называли болотным именем Тина) сердито топнула ногой и с возгласом: "Никуда это не годится!" - вскочила с кресла. Она измеряла комнату огромными шагами, рыжие косы покачивались, и напоминали змей, а руки упрямо упёрлись в бока. Аля недовольно ворчала: - Значит, все радуются, подарки готовят! Да что же хорошего в этом Новом Годе они находят? По мне - так определённо - ничего! Людям праздник - мне огорчение, это раз. - Это раз! - повторила Верка. -- Новый год начнётся, а там - весна не за горами, а весной все влюбляться друг в друга начнут. Опять - безобразие, когда кругом одна любовь. И это два! -- Это два! - подтвердила Верка. -- А потом и мне день рождения. На целый год старше буду. А ведь всем известно, шестнадцать лет - самый лучший возраст для девушки, - эта мысль огорчила больше всего. Аля даже закусила губу от досады, - И что впереди? Старость! Это три, - подвела итог Аля. -- Это три! - согласилась сорока. -- Да что ты всё "два", да "три"! Сама ничего сказать не можешь? -- На-до что-то де-лать! Кар! -- И правда... Надо что-то делать....-Аля на минуту задумалась, - Что делать, что делать! Новый Год надо отменить - и все дела! Волшебница я, или нет? -- Вол-шеб-ни-ца, вол-шеб-ни-ца! -- То-то же! И Аля закружилась по комнате. Задела жёлтую лампу с абажуром, лампа качалась, а по стенам заплясали тени. Это развеселило Алю. Споткнулась об стул и остановилась около книжного шкафа. Шкаф, как и всё в комнате, выглядел обветшавшим. Лак потрескался от времени, а коричневая краска местами почернела. Проведя пальцем по ряду книг, рука девушки задержалась на одной - толстой тёмно-вишнёвого цвета, в кожаном переплёте. И уже через секунду волшебница сидела на прежнем месте в кресле-качалке с томиком в руках и задумчиво читала: "Как уменьшить надои коров. Не то... Приворожить мужчину. Не то... Сглазить соседа. Не то... Наслать морок. Не то... Устроить неприятности. Опять не то.... О! Как остановить время. Вот это - то, что надо!" Аля несколько раз прочитала рекомендации и приступила к делу, негромко бормотала при этом: "Взять три сушёных лягушки. Хорошо, что запас есть, чтобы я без запаса делала..." Она покопалась в шкафу, среди кульков и свёртков и нашла сушёных лягушек. Сама же и сушила их прошлым летом! Посчитала оставшихся. Всего две. Подумала, что без лета, и лягушек больше не насушит. Не беда. В соседний город ездить будет травки-муравки собирать, головастиков-жучков ловить. Затем следовало добавить пять капель воды, которой вымыт пол. Пришлось мыть полы. Не хотелось, конечно. Но волшебство - дело серьёзное, не схалтуришь! Затем добавила красного, чёрного и белого перца, как рука возьмёт. Рука взяла щедро. А после следовало всё перемешать и, прожевав щепотку снадобья, произнести заклинание. Аля тщательно размешала содержимое миски, минуту перевела дух "зря всё-таки перца не жалела!" и, глубоко выдохнув, попробовала снадобье. Дыхание спёрло, в горле возник ком, нос покраснел, а веснушки побледнели, из глаз брызнули слёзы и крупными каплями застыли на щеках. Девушка громко чихнула, и слезинки соскочили на пол. Но всё-таки Аля была очень мужественной волшебницей, потому, что несмотря не все эти неприятности быстро произнесла заклинание: "Абра, абра, раз, два, три! Город во времени замри!" Незримо опустилось волшебство. Чуть приутихла метель, и снежинки стали кружиться медленнее, луна казалась более рыжей, а звёзды засияли ярче. И люди забыли про Новый год. Будто и не было такого праздника в помине. "Чудненько как! - подумала Аля, - Дело осталось за малым. Написать письмо Деду Морозу, чтобы не беспокоился, и дело с концом! Санта Клаусу писать не буду. Вряд ли он своих северных оленей в Россию погонит. У него и так в Европе дел по горло. А вот на Деда Мороза придётся потратить марочку!" Аля взяла ручку, листок, и немного поразмышляв, написала: "Дорогой Дед Мороз. К сожалению, все дети в нашем городе ужасно непослушные, хулиганят и хулиганят! Поэтому вы к нам, пожалуйста, не приезжайте пока. Нищасные взрослые". Очень довольная собой, Алевтина накинула шубу, и, воткнув длинные худые ноги в валенки, вприпрыжку помчалась отправлять письмо. А вернувшись, совершенно счастливая легла спать. И сны ей снились самые увлекательные. Но не все люди в городе забыли про праздник. Одну маленькую девочку Риточку волшебство не коснулось. Дело в том, что в то время, когда Алевтина произносила заклинание, две подружки-первоклассницы Рита и Юля весело щекотали друг дружку. И Рита громко-громко смеялась. А любое самое сильное волшебство разрушается под действием смеха. Все люди в городе забыли про праздник. Но Рита не забыла. Она удивлялась, почему мама и папа и не думают покупать ёлку. А когда спросила об этом, услышала: "Что ты, доченька, какая ёлка? До праздника ещё далеко". Она спросила Юлю, но девочка ей ответила: "Не знаю, но кажется, Новый Год ещё очень нескоро". Спросила учительницу Марину Владимировну, но и учительница сказала, что до праздника далеко. Тогда Рита спросила: "А когда?" Марина Владимировна надолго задумалась и честно ответила: "Не знаю". Прошла неделя, другая, третья... И ещё целый месяц... Никто не вспоминал о Новом Годе. И тогда Рита решила, что так больше продолжаться не может. И если никому нет дела до ёлки, гостинцев, хлопушек и бенгальских огней, то хотя бы одному человеку на свете до всех этих замечательных вещей должно быть дело! Надо только его найти! Однажды Рита взяла листок белой бумаги в линейку, карандаш и крупными печатными буквами написала: "Дорогие мама и папа. Пожалуйста, не беспокойтесь. Я поехала в гости к Деду Морозу и скоро вернусь. Ваша дочка Рита". Затем девочка надела беленькую шубку, красную вязаную шапочку, тёплые мохеровые варежки и сапожки, повязала мягкий красный шарф и пошла на вокзал. Снежинки кружились так же, как и день, и неделю, и месяц назад. Она никогда раньше не была на вокзале, и ей было очень страшно. Сердце ёкало и замирало, а иногда совсем уходило в пятки. Рита думала, что поезда голубые, но они оказались зелёными. Рита подошла к тёте в строгой синей форме, той, что стояла возле одного из вагонов и спросила: -- Тётя, скажите, а ваш поезд едет в город, где живёт Дед Мороз? -- Да, девочка мы проезжаем, через Великий Устюг. -- Скажите, а Новый Год уже был? -- Конечно был, уж месяц назад. -- Вот видите, а у нас его совсем не было. Все-все про него забыли, - и голубые глаза Риточки наполнились слезами. -- То есть как это - не было? Не может такого быть, - удивилась проводница. -- Не было ни Нового Года, ни ёлки, ни Деда Мороза, ни подарков. Тётенька, возьмите меня, пожалуйста, в гости к Деду Морозу. Мне обязательно нужно ему обо всём рассказать! -- Да, что же это делается, - возмутилась проводница, - это как же это - без Нового Года?! Проводница Любовь Ивановна была доброй женщиной. Она сама удивлялась тому, что в этом городе совсем незаметно прошли праздники. А она проезжала мимо часто, каждые трое суток. Подумала немного, и взяла девочку в своё купе. Всю дорогу Любовь Ивановна поила Риту горячим сладким чаем, угощала печеньем. Стаканы в красивых железных подстаканниках весело звенели, и Рите от этого тоже становилось весело. Вечером проводница уложила её спать, а рано утром разбудила: "Вставай, девочка! Великий Устюг! Прибываем!" Риточка быстро оделась и распрощалась с доброй проводницей: -- До свидания, тётя Люба! -- До свидания, Рита. Здесь до Деда Мороза не далеко. Тебе все покажут! И правда, Рита быстро нашла дом Деда Мороза. Ей подсказали дорогу и женщина в чёрном пальто, и высокий мужчина, а весёлый мальчишка Васька проводил до самой двери. Она думала, что Дед Мороз живёт в огромном дворце, если не в ледяном, то уж хотя бы золотом. А оказалось, его дом - большая деревянная изба. Робко прошла она через сени и очутилась в просторной светлой комнате. Сам Дед Мороз уже давно вернулся из своего зимнего путешествия, раздал подарки, а новых писем от ребят ещё не поступало - не сезон. Он находился, можно сказать, в отпуске. Поэтому, когда увидел маленькую девочку, очень ей обрадовался. -- Здравствуй, девочка. Как ты здесь оказалась? Тут Риточка бросилась к этому большому старику в красном кафтане и заплакала: -- Ах, дедушка. У всех, всех был Новый Год. А в нашем городе не был. И ты к нам так и не пришёл. А я тебя очень ждала. А взрослые и дети про праздник совсем забыли. -- Как это не был! Я у всех был, - возмутился старик, - постой, постой! Было у меня одно письмо. Дед Мороз покопался в одном из ящиков своего огромного стола и достал письмо Алевтины. -- Вот, просят не приезжать ваши взрослые. Говорят, хулиганите вы, не слушаетесь. -- Да, что ты, дедушка, вовсе мы не хулиганим! -- Я и сам уж вижу, что девочка ты хорошая, - вздохнул Дед Мороз, - что же это такое? Тут разобраться б надобно! Он достал своё волшебное зеркало. А к нему он прибегал только в самых редких случаях, и сказал: "Раз, два, три! Правду, мне покажи!" И тут же в зеркале появилось веснушчатое лицо Алевтины. Понял всё Дед Мороз. Увидел он зачарованных жителей города и опечалился: -- Ай-яй-яй! Какое несчастье! Какое безобразие! Да что же мы ждём! Скорей, поехали, исправлять случившееся! Мигом он запряг в сани тройку вороных коней, положил рядом мешок с подарками и посадил Риточку к себе на колени. Со всей прыти понесли кони! В городе было всё по-прежнему. Одной рукой махнул Дед Мороз, и чары Алевтины рассеялись. Вмиг сошла оторопь с города. И все вспомнили, что вот-вот должен наступить праздник! Мама и папа очень обрадовались возвращению Риточки. Они плакали и смеялись от счастья. А потом угощали Деда мороза сладкими ватрушками. И Дед Мороз говорил: "Спасибо Риточке!". А после все отмечали Новый Год. И была ёлка, и гирлянды, и бенгальские огни, и салют. И, конечно, подарки... И только одному человеку во всём городе не было весело. Не было ни подарков, ни поздравлений у Алевтины. Сидела она в старом кресле-качалке и грустила. Вдруг в дверь кто-то постучал. -- Войдите, не заперто! - ответила Аля. На пороге появился Дед Мороз. -- Ой, это вы? - сказала Аля и покраснела. Ей было ужасно стыдно за всё, что она натворила. -- Я... я... А ты как думала? Напроказничала, таких бед наворотила, а я мимо пройду? Сердце сжалось в комок. И действительно, что же это она наделала? Как могла? Стыдно то как! -- Простите меня, дедушка, пожалуйста, - тихо произнесла Алевтина. -- Поняла, значит? -- Поняла. -- А звать тебя как? -- Тина. -- Эк, имечко не человеческое...Это Алевтина, что ли? -- Да. -- Я вижу, ты тут совсем одна живёшь, вот тебя на глупости и тянет. -- Как же одна? С сорокой! - Аля махнула рукой в сторону притихшей в уголке Верки. -- Ну да, с сорокой....- Дед Мороз задумался, - А что, Алевтина, пойдёшь ко мне во внучки детей с праздниками поздравлять? -- Так у меня ж хозяйство, сорока, - Аля опять махнула рукой на Верку. -- А что - сорока? Возьмём и сороку! Будет письма помогать разбирать! Только у меня работа ответственная! Шалить - ни-ни! - погрозил Дед Мороз пальцем Верке. Уже через пол часа уносили сани Деда Мороза, Алю и Верку... Так появилась у Деда Мороза внучка, помощница и игрунья - Снегурочка. © Copyright Таис (
Этот адрес e-mail защищен от спам-ботов. Чтобы увидеть его, у Вас должен быть включен Java-Script
) |
